официальный
сайт
   Новости
   Работы
   Тексты
   Фотоархив
   Библиография
* * * (Сергей Кусков)

Геометрическая абстрактная пластическая традиция русского авангарда начала века является как бы знаком русского нового авангардного искусства, так есть в западном восприятии, и во многом в русском восприятии. И тут существую два отношения к этому, к этой к этой традиции, которую мы воспринимаем как уже традицию, полноценную традицию, музейную будем говорить.

Первое авторитарное отношение, когда тень Малевича, Родченко, Степановой, Лисицкого начинает завораживать художника и приводит его на тот же пластический путь, вовлекает в этот же поиск. Второй вариант, когда художник соприкоснувшись с этой традицией, начинает ассимилировать, пропускать ее через себя и в итоге заниматься чем-то своим. Так поступили многие основные шестидесятники, например Владимир Немухин, Эдуард Штейнберг. А здесь мы сталкиваемся с третьим вариантом. С одной стороны есть отчетливый контакт с традицией русского геометрического авангарда начала прошлого века, но не только русского, западного тоже (Баухаус может вспомниться), с другой – присутствует момент диалога-спора. Диалога не авторитарного, зачастую ироничного, парадоксального. Борисов сохраняя картинность, пластические ценности, красоту живописи, специально делает что-то не так, он специально нарушает правила игры этого языка. И начинает соединять несовместимое. Возникает какое-то гибридное соединение концептуального и абстрактно-пластического начал. Казалось бы абстрактно-пластическое начало это определенная метафизика, чистая форма, избавленная от литературности, отрешенность и идеальная плоскостность. А у Борисова возникает нечто другое. Например, в картине помещена реальная предметная объемная деревянная рама и в ней возникает совершенно бесплотный контур, который вместе с тем становится еще более объемным, чем материальная рама. Налицо парадокс соединения двух пространств. Взаимодействие реального и иллюзорного. Хотя классические абстракционисты стремились к чистой плоскости, чтобы картина была чистой плоскостью. У Борисова же абстракция становится объемной, в нее вторгаются объемные предметы и это происходит совершенно органично. Абстрактное становится предметным, а предметное – абстрактным.

На Западе такие направления современного искусства как, концептуализм, позиционирующий себя как искусство идей, геометрическая абстракция, стремящаяся выделить свои первоэлементы, и минимализм, занимающийся простейшими формами художественного языка, были жестко разобщены. У Леонида Борисова произошло парадоксальное, странное русское соединение всех этих линий и векторов. Причем это не привело к какой-то эклектике, какой-то мешанине, а привело к языку художественно совершенному, не теряющему связи с пластической красотой, с ценностями картины, с ценностями живописи как таковой. Но он смог этот пучок центробежных веток геометрической темы в искусстве ХХ века увязать воедино. И в этом его уникальность.

Сергей Кусков 

искусствовед
 

  | Новости | Работы | Тексты | Архив | Библиография |